Ну и ночь выдалась…
Последние мысли уходящего сознания — и он погрузился в царство песочного человека.
Наверное, только сон в последние дни спасал его от постоянного желания бросить свой дом и уйти куда-то в поисках приключений, в изучение бескрайнего мира. В снах реализовывалась хоть и ненастоящая, но всё-таки жизнь первооткрывателя земель, что могли лежать за пределами воображения. Тайны и загадки манили юношу.
Однако вместо очередного путешествия во сне его ожидала родная таверна, уютный город и любимое занятие – готовка.
И хоть сон выбивался из общей коллекции грёз, младший Риера не был недоволен этим исходом. Даже если обычная жизнь его утомляла.
Вот он в очередной раз стоит у плиты и обжаривает в специях вкуснейшее мясо. Запах то и дело пробивался наружу, придавая сну гиперреализма.
Но сны не длятся вечно, если ты всё чаще задумываешься об их природе. А задумываться было о чём…
Обычно запах от обжарки — вкусный и аппетитный. Но сейчас всё было совсем не так. Блондин был уверен в своём мастерстве — он отличный повар, что доказывал даже на кулинарном соревновании в Верховье, где собирались лучшие повара со всего региона.
Сейчас запах был ужасающим. Напоминал самые тёмные воспоминания о детстве. Жар от огня. Грязь. Чувство, что кто-то горит. Чувство, будто всё, что у него есть, снова уходит из рук. Земля уходила из-под ног, а чем дольше он смотрел на обжариваемый кусок мяса, тем отчётливее слышал рёв боли лошади.
Шарлю стало не по себе. Настолько, что тело начало обильно потеть.
В ушах зазвенело что-то отрезвляющее. Скромный, но очень напуганный писк, который он никак не мог идентифицировать.
Он открыл глаза.
Кухня. Стул, на котором он заснул. И крохотный, но сообразительный мышонок Пискунчик, который отчаянно пытался докричаться до хозяина.
Парень был обеспокоен поведением друга, но рука сама потянулась к привычной пачке сигарет и золотому огниву.
— Что с тобой, дружок?
Он говорил спокойно — пока дым, просочившийся внутрь дома, и ужасающий запах смерти снаружи не дошли до его сознания. Пот, выступивший во время сна, резко стал холодным. Шарль мигом выбежал на улицу через чёрный ход.
Картина была ужасающей. И хотя ощущение ужаса не сравнилось с трагичным прошлым, Риера замер в недоумении, а через секунду — в ярости.
Каким-то чудом местный маг Элджерон оказался неподалёку и помог потушить пожар, не дав погибнуть лошадям. Но те, перепуганные, разбрелись кто куда.
Хладнокровно оценить ситуацию не получалось. Но видя потухшее пламя, на душе стало чуточку легче.
Маг был без сил. К таверне подходила толпа ранних зевак — напуганных и шокированных едва ли меньше блондина.
— Вы чего столбом стоите? Помогите перенести старпера на кухню. Ему нужен отдых!
Шарль и пара знакомых мужиков подбежали к магу, помогая ему дойти до кухни и усесться на лавку.
— Элдж, скажи, что произошло! — голос срывался на крик, но он не забыл передать стакан воды, чтобы тот восстановил силы.
Мужики-дварфы Ярик и Вафел, коренастые и угрюмые, смотрели с тем же вопросом. Толпа зевак пыталась хоть что-то услышать из открытого кухонного окошка.
Шарль был готов лопнуть от гнева и бессилия.
