Совместно со слугами и несколькими воинами Атон быстро добрался до Высохшего Колодца, хотя путь и не был близким. Для поездки он избрал простую белую мантию, чтобы укрыться от палящего солнца. Даже в Оазисе, где жара не столь беспощадна, как в глубине пустыни, её хватало, чтобы иссушить человека за несколько часов.
Обычно в таком состоянии люди при виде воды с невероятной жадностью набрасывались на дар Оазиса.
Но не тот, кого застал в камере молодой правитель… Умирающий, сломленный, он требовал не спасения, а новой дозы наркотика, чтобы заглушить боль.
По иссохшимся губам самого Хранителя было видно, что он и сам не пил уже несколько часов, позавтракав всего парой фиников. Даже горло саднило от сухости, едкое напоминание о долге.
Не сказать, что это жертва — скорее, вынужденная аскеза из-за загруженности и следование собственному статусу.
Правитель должен быть олицетворением законов своего народа. Если народ скуп — правитель обязан быть самым скупым. Если гостеприимен — самым щедрым хозяином. Если осознанно относится к дарам природы — его долг не уступать в этом никому.
Лишь достойнейшие способны соответствовать своему положению, не показывая и толики сомнений, страха или неуверенности.
Однако вернёмся в тюрьму. Глядя на истощённого, измождённого человека, Атон видел лишь слабость, мерзость и отвратительность. Этот человек не был полезен обществу, принадлежал ко дну иерархии и уже ничего не мог доказать.
И всё же… без таких людей мир был бы иным. Они либо являют глубину людского падения, либо — невероятную волю к жизни. Даже в самых неприглядных вещах можно отыскать зерно для размышления.
А то, что он видел сейчас, было всего лишь симптомом. Симптомом болезни под названием «Эклипсис». Нужно было найти её корень — чтобы изучить и обратить во благо или выжечь на корню.
