Ну… Радовало хотя бы то, что эльфиек из Саэлрин советники не оправдывали. Батиста сталкивался с такой практикой, когда жители того или иного поселения в первую очередь выгораживали своих, и уже потом думали о справедливости. У Хранителя Лесов были вопросы также и к здешней охране. Как они умудрились пропустить на кухню девочку, которой не давали официальной полномочий на дегустацию?
Вопросов с каждой секундой возникало всё больше. Кто мог захотеть отравить Хранителя? Да кто угодно из верхушки. Обычный люд не относился к Хоши настолько негативно, а вот в элитах Зеленолесья были люди и не только, которым фигура Батисты была очень неприятна. Да тот же Советник Вайлин не скрывал своего негативного отношения к Хранителю Лесов. Значит, его тоже следует начать подозревать. Нельзя было отрицать и то, что инициаторами отравления могли находиться те, что сидят на данный момент в тронном зале. Нельзя было исключать то, что планировали отравить Пельманна.
«Проведите допрос стражников, которые отвечали за крыло, в котором находится кухня. Если маленькая девочка смогла без проблем пробраться на кухню, то я даже не знаю как это комментировать. Что же касается Ехидны… Сегодня, во время сражения с Удильщиком, я был ранен. Эта маленькая девочка вылечила мои раны и, могу вас заверить, спасла мне жизнь. Человеку, который хочет убить меня, было бы достаточно развести руками и дождаться пока я скончаюсь от кровопотери. Впрочем, если вы настаиваете, допрос будет проведён. С моим присутствием.»
Вот и начались расхождения во мнениях с Советом. Батисте следовало бы предпринимать попытки склонить их в свою сторону, но нет. Полуэльф прекрасно понимал, что он был выбран Лесом, а не какими-то советниками. Именно Лес выбирал кто достоин, а кто нет. Тем не менее, это не отменяло тот факт, что кто-то мог организовать покушение на него.
Хранитель Лесов же пытался показать Ехидне, что слова «значит я буду тем существом, которому ты не безразлична», являются не просто словами. Батиста понимал что могла сейчас чувствовать Ехидна: маленькая девочка, одинокая в чужом месте, к которой относятся с подозрением, становится главным подозреваемым. Не позавидуешь такому.
